— Если мы не причешем вохров прямо в их гнездах, Башню придется строить ближе к Приграничью, возможно даже на старом месте, и тогда прощай новые земли.

— Ара прав, — энергично рубанул рукой воздух Волк, — если Храму нужен выход к Большой воде, то он заинтересован в строительстве Башни не меньше нашего.

— Чирс тоже так говорит, — заметил Рэм.

— А «глухари»? А нападение на обоз? — напомнил Рыжий. — Если Храм так заинтересован в союзе, то почему не шлет своих послов?

— Возможно, они просто обнюхивают нас.

Тор помалкивал, давая лейтенантам возможность высказаться. Старик Сет тоже не спешил обнародовать свое мнение, хотя, если судить по глазам, разговор не был ему безразличен. Два ближайших помощника главного молчуна, Герс и Кон, неподвижными глыбами нависали над столом, и по их каменным лицам трудно было определить, волнует их поднятая проблема или нет. Герс и Кон были на первых ролях среди окружавших Чуба молчунов, и про Чирса они наверняка знали больше лейтенантов. Тор не доверял ни тому, ни другому: кровь Лося, Леденца и Жоха на руках этих молодцов. Время от времени он ловил на себе их враждебные взгляды и отвечал им тем же. Молчуны пошли за Тором, когда меченые признали его своим капитаном, но вряд ли их отношение к мятежнику коренным образом изменилось с тех пор.

— Надо полагать, Чирс не случайно назначил эту встречу, наверняка у него есть важное сообщение для нас, — сказал Ара. — Ехать надо, хотя, быть может, и не Тору.

— Речь не о Чирсе, — поморщился Рыжий, — речь о Храме. Построим Башню, и тогда нам что черт, что храмовик — все едино.

— Людей мало, — покачал головой Волк. — Степняков работать не заставишь.

— Заставлю, — пообещал Рыжий. — Дай срок.

— Вряд ли сейчас стоит ссориться с соседями, — покачал головой Волк, — две тысячи сабель — сила немалая.